— Но как тогда всё это объяснить? Не хочет злить тебя и твоего отца, так как считает нас жуть какими близкими друзьями? Думает, что знакомство с Видящим может оказаться полезным? Только ему-то оно зачем?

— Может, думает о будущем? В самом деле, почему бы не предположить, что он видит в тебе полезное знакомство? Ты подобную возможность не принимаешь в расчет?

— Да ладно, какой из меня полезный знакомый…

— Как знать. — Санджиф таинственно покачал головой.

Илья не сразу обратил внимание на то, что нападки компании Ферранайра и Ирбала на него прекратились. Прежде столь изобретательные в своих издевательствах и злых остротах над одноклассником из Дневного мира, после каникул они переменились столь резко, что это казалось неестественным. Теперь юноша это заметил. Обнаружил он и тот настораживающий факт, что если друзья этой прежде такой активной парочки вели себя настороженно и нелюбезно, похоже, сами удивлялись столь резкому повороту обстоятельств, то сами Ферранайр и Ирбал держались любезней некуда и с видом, будто так было всегда.

Они не искали общества Ильи, однако пользовались любой представляющейся им возможностью завести с ним разговор и демонстрировали готовность помочь. Оба вели себя как ни в чем не бывало, словно из их памяти за лето напрочь улетучились все обстоятельства их прежнего общения с этим аурисом. Более того — сторонний человек подумал бы, что ребята только-только перевелись в школу Уинхалла, впервые увидели Илью на первом уроке по структурной магии, и он им жуть как понравился.

— У меня тоже возникло ощущение, будто они тебя опасаются, — осторожно сказала Мирним, когда друг поделился с нею своими сомнениями. — Но, с другой стороны, чего им бояться? Если б у следователей в отношении их существовали б какие-то серьезные подозрения, их бы в Уинхалл не пустили престо. Сейчас все гайки очень резко закручивают. Нас вообще не будут отпускать из общежития после одиннадцати. И парней в девичье крыло — тоже.